Фактор третьего мира

Геополитические игроки и площадки для «игр»

Очевидным является то, что основная геополитическая борьба сейчас ведется между четырьмя основными силами – США, КНР, ЕС и Россией. Борьба неравновесная, борьба дискретная, борьба, не признаваемая открыто участниками этой борьбы. Если кому-то кажется, что сейчас основной фронт в Европе вокруг «Северного потока 2», или на биржевых площадках вокруг индексов крупнейших компаний, или вокруг Арктики и Северного морского пути, то это во многом заблуждение. Ни на одной из данных площадок участники противостояния не могут что-то изменить критически. Основная борьба сейчас идет на площадках третьего мира.

Собственно, площадок таких достаточно много – Ближний Восток, Восточная Азия, Латинская Америка и Африка. Именно там противостояние ведется плотно, системно и с успехами тех, или иных сторон. Разумеется, каждое из данных пространств имеет собственные контексты и причины взаимодействия больших игроков. Ближний Восток связан с перераспределением ресурсов, созданием зон напряженности для отдельных игроков, формированием транспортной инфраструктуры. Восточная Азия полностью посвящена борьбе Китая за место под Солнцем, а также других игроков (в первую очередь США) против этого. Латинская Америка – это обратная инверсия к Восточной Азии – территория с которой можно оказывать влияние на дела в Соединенных Штатах, наконец Африка — это одна из последних кладовых мира, территория с огромным человеческим и природным потенциалом. Иных территорий с таким потенциалом осталось крайне мало, разве что Арктика и Антарктида. Но деятельность в этих территориальных зонах ограничена по очевидным причинам. Далеко не каждое государство обладает ресурсами и технологиями для работы на таких экстремальных территориях.

Еще одной зоной серьезной геополитической борьбы становится Космос. И в этом плане решение совместно действовать по созданию лунной программы принятое руководством России и Китая симптоматично. Это прямой вызов и США и ЕС (с его не полностью работоспособным, но хотя бы существующим Европейским космическим агентством). Но, подобно Арктике и Антарктиде, прикоснуться к Космосу в полной мере, поставить его под руку хозяйственной деятельности не может сейчас в реальности ни одна сила в мире. Летать может, запускать спутники может, а вот добывать ресурс и использовать его в свою пользу пока что нет. Но обязательно научится. В следующем раунде геополитической борьбы.

Что же происходит в обозначенных ранее четырех зонах активной геополитической борьбы, какие события и тренды определяют потенциалы участников большой игры? Рассмотрим последние события и их влияние на расклад сил.

Восточная Азия

Восточная Азия и до этого становившаяся площадкой активной геополитической борьбы, выносимой президентом США Трампом чуть ли не на первое место среди других региональных противостояний при президенте Байдене и не думает остывать.

Для Китая и США именно данная площадка становится центром противоборства, выработки новых стратегических решений, а также демонстрации сил и средств, не только военного, но и экономического и социокультурного характера. При этом, как таковая, данная площадка уже давно проиграна США и фактически выиграна Китаем. По большому счету, другие игроки – ЕС (после выхода из его состава Великобритании) и Россия, на данной площадке не имеют возможности вести особо активную игру. Ни товарооборот (а у России товарооборот со странами АТР, кроме Китая, составляет мизерные 3,5 %), ни военно-политическое присутствие (у ЕС его вообще нет, у России есть, в части военных поставок и пунктов материально-технического базирования, но крайне незначительное).

Победа Китая сейчас имеет три измерения. Во-первых, это разумеется экономическое влияние для всех стран восточной и Юго-Восточной Азии, именно Китай главный торговый партнер. Во-вторых, в военно-стратегическом плане, именно Китай наращивает мощь военного флота в регионе и строит систему ПВО на островах Спратли. В-третьих, в политическом и миграционном плане. Именно Китай контролирует (фактически коррумпируя) местных политиков во многих странах Восточной Азии. Попытка бороться с влиянием Китая для других стран региона вполне может закончится как для Южной Кореи (с потерей большей части туристического потока), или Австралии (прекращение закупок КНР австралийской руды и появившиеся симптомы глубокого экономического кризиса), весьма плачевно.

Последние шаги на этой площадке (собственно после безоговорочной победы в Гонконге) связаны с попыткой формирования новой коалиции против КНР, на этот раз, включающей США, Японию, Австралию и Индию. Это серьезный вызов, поскольку, как минимум свидетельствует о том, что борьба с китайским влиянием становится широкоформатной и приводит к координации совокупности «старых врагов Китая» в лице США, Японии и Индии (столкновения в Гималаях). Австралию в этот союз привлекли фактически силой в рамках активного влияния социальных сетей на политических лидеров данной страны, борьбу против влияния таких сетей правительство Австралии с треском проиграло. Для американских же властей это стало очередным поводком для Австралии, заставившей эту страну еще больше ухудшить свои отношения с Китаем, что может быть крайне опасно с экономической точки зрения.

Полагаем, что данный альянс не может быть прочным, однако служит двум целям. Во-первых, продемонстрировать, что США, якобы являются объединителем антикитайской коалиции, во-вторых, втянуть Индию в более серьезный конфликт с Китаем, как, пожалуй, единственное государство, которое может потенциально сдерживать Китай и его экспансию за пределы Тихоокеанского бассейна.

При этом, произошедшие в Мьянме события, связанные с фактической фальсификацией выборов, были откровенно направлены на снижение влияния Китая в Мьянме. Последовавшая же за этим реакция военных стала скорее символом укрепления позиций Китая, нежели его противников.

По большому счету, все происходящее в Восточной Азии нельзя назвать иначе, чем запоздалой попыткой сдержать экспансию Китая, обреченную на провал. Хотя США и удается поддерживать высокий градус напряжения в регионе, динамика развития китайского присутствия и параметров возможностей КНР в регионе свидетельствуют о невозможности серьезного противодействия китайской экспансии, даже с привлечением к процессу сдерживания Индии.

Латинская Америка

Совершенно иной представляется картина в Латинской Америке. Здесь идут два процесса, которые, однако, сопряжены с комплексным ухудшением позиций США и усилением присутствия других игроков – Китая в экономическом плане, ЕС в политическом, России в части отдельных направлений взаимодействия.

Очевидно, что период американского доминирования в Латинской Америке завершен. Администрация Трампа за четыре года смогла обеспечить приход к власти во многих государствах региона политических лидеров, хотя и не однозначных, но именующих себя «трампистами», такими как Бразильский президент Болсонару. Нынешняя американская администрация стремится подорвать влияние республиканцев-трампистов в Латинской Америке. Как следствие, фактическое бездействие администрации президента США в отношение зачистки левыми силами представителей правых сил, симпатизировавших Трампу. Арест несостоявшегося президента Аньес в Боливии, фактическая реабилитация в Бразилии президента Лула да Силвы, президент Болсонару выдерживает натиски критики, как, впрочем, и ряд других лидеров латиноамериканских государств.

Фактически мы видим повсеместный подъем левых сил в Латинской Америке и системную зачистку близких американским республиканцам партий и политических лидеров. Практически обречен нынешний президент Бразилии, видимо в ближайшем будущем пост покинет президент Эквадора Ленин Морено, выдавший Великобритании Джулиана Ассанджа, президент Гондураса Эрнандес, якобы уличенный в участии в поставках наркотиков в США (опять же трампист).

И хотя все эти изменения носят характер отголосков борьбы американских демократов и республиканцев, все это влечет укрепление в Латинской Америке других игроков. Если прореспубликанские силы в Латинской Америке были не готовы торговать Китаем, допускать к работе европейские фонды, а также сотрудничать в полной мере с Россией, вновь приходящие к власти силы левого толка активно поддерживают все эти направления. Уже в ближайшие время может вырасти товарооборот между Китаем и странами Латинской Америки, а сеть 5G от китайских компаний окутает страны Латинской Америки. России станет легче вести диалог и о поставках вакцины Спутник V и о торговле оружием и о ряде других проектов.

Фактическое ослабление республиканцев в Латинской Америке является одновременно и ослаблением США. Байдена это похоже не особо беспокоит, так как приоритетной задачей является ослабление Трампа и республиканцев, а не борьба с геополитическими конкурентами. Тем более, что практически все политические системы Латинской Америки являются легко манипулируемыми (кроме, наверное, Кубы, Никарагуа и Венесуэлы).

Ближний Восток

Еще одной точкой борьбы в геополитическом плане является сейчас Ближний Восток. Продолжающиеся провокации, направленные против Ирана (на этот раз, связанные с нападением на иранское торговое судно в Средиземном Море), продолжающаяся попытка Турции обеспечить себе доминирование в ближневосточной повестке, продолжающаяся попытка Израиля создать коалицию против Ирана, попытка стран Персидского залива наладить какие-то отношения с новой администрацией США.

Собственно, то, что к Ближнему Востоку приковано внимание многих игроков совершенно не является новостью. Транспортные маршруты, сырьевые районы, зоны влияния в геополитической игре – все это о Ближнем Востоке.

Активная фаза переговоров по шестистороннему соглашению с Ираном, хотя ее и пытаются скрыть, идет. Это очевидно хотя бы из поведения Тегерана, который то повышает планку напряжения, то наоборот понижает ее. Это свидетельство торга. Аналогичным образом «прокачивает» ситуацию и американская сторона, играя в том числе на наличии военных контингентов в Ираке и Афганистане, что может иметь немаловажное значение для организации торга с Ираном.

При всей попытке обострить ситуацию, а таковой можно назвать и нанесенные йеменским движением хуситов удары по территории Саудовской Аравии (удары из разряда – чтобы не забывали) и, разумеется, провокации против иранских торговых кораблей, процесс урегулирования вряд ли удастся остановить. Более того, уже этой весной с вероятностью в 90 % будет достигнуто соглашение, которое позволит с одной стороны снизить градус напряжения по ядерной программе Ирана (возврат к прежним параметрам), а с другой открыть для Ирана рынки (в том числе рынки вооружения). Это должно стать стимулом к сговорчивости для всех сторон.

Идущие переговоры оставляют за бортом интересы как тираний Персидского залива, так по большому счету Израиль и Турцию. Но если Израилю, видимо все же будут даны какие-то гарантии безопасности (даже демократам в США лучше не идти откровенно против израильского лобби), то вот Турции скорее всего придется умерить аппетиты на иракский Курдистан. При уменьшении присутствия в регионе США (а это практически неизбежно) данная территория становится пространством геополитического влияния Ирана и экономического влияния России в части добычи нефти в Курдистане.

Это означает, что, хотя и медленно, Ближний Восток переформатируется и шанс закрепиться в данном регионе имеют главным образом Китай (торговый партнёр практически всех стран региона) и Россия, имеющая плацдарм в Сирии, экономические интересы в Иране, тесные торговые отношения с Ираном и аспекты взаимодействия с ОАЭ.

Африка

Наконец еще одним, но не последним по значимости театром геополитического противостояния, является Африка. Африканский континент – это кладовая будущего человечества. Если в других зонах промышленного производства запасы уже истощены, или близки к этому, то Африка практически не тронута. Продолжающиеся события в Африке показывают, что геополитическая борьба там в самом разгаре.

Из наиболее примечательного можно выделить проходящий гражданский конфликт в Центрально Африканской Республике и посещение российским военным кораблем «Адмирал Григорович» Порт-Судана, где будет развернут пункт материально-технического обеспечения ВМФ РФ (а фактически полноценная военная база, нацеленная на обеспечение транспортных маршрутов как по восточному побережью Африки, так и в глубь континента).

Если визит российского военного корабля во многом лишь показательный жест, демонстрирующий готовность России к активной игре в Африке, так как серьезное развертывание пункта снабжения будет проведено несколько позднее, то события в ЦАР более серьезны.

Фактически проходящий сейчас гражданский конфликт в ЦАР — это ничто иное, как попытка Франции продемонстрировать то, что у нее есть зубы. После ряда болезненных ударов по французскому самолюбию, после фактической потери урановых рудников в Мали, невозможности обеспечить стабильность режимов на западном побережье Африки, Франция, пользуясь казусом с экс президентом ЦАР и наличием форпостов в республике Чад, попыталась перевернуть ситуацию в ЦАР, но безрезультатно. Очевидно, что серьезных сил у Франции, применительно к проблемам Чада и ЦАР просто нет. И если бои низкой интенсивности французы вполне могут выдерживать и отстаивать свои позиции, то на что-то более серьезное их уже не хватает. Российские инструкторы, совместно с силами ЦАР, фактически отбросили партизан экс президента к границе с Чадом. Скорее всего в итоге ЦАР окажется вообще зачищенной от постороннего влияния, с присутствием там российских сил.

Не отстаёт по экономической части и Китай, предлагая странам Африки приличные контракты, которые просто грех не взять. Фактически при создании симбиотирующего альянса по Африке России и Китая появилась бы реальная возможность очистки континента от чужеродного влияния (США), в том числе и длительного (Великобритания, Франция). В целом же Африка становится пространством со все большим геополитическим и геоэкономическим значением. И хоть не сейчас, но, вероятно, через несколько лет станет пространством еще большей конфликтности. Просто так оставлять свои прошлые колонии не хочет никто.

М.Тирских

Науч. рук. «АЦБР», глав. ред. журнала «Exlegis: правовые исследования»

Новости