Нью-Йорка больше нет

Откровения жителя о деградации американского города-символа

Не знаю, что там рассказывают о «российской пропаганде», особенно на телевидении. Как по мне, то там куча народу зря протирает штаны. Потому что если бы я был ответственным за пропаганду, то нижеследующее письмо уже транслировали бы изо всех утюгов.

По крайней мере, написано оно было в частном бложике владельца комедийного клуба и бывшего менеджера хедж-фонда Джеймса Альтучера ещё 13 августа.

И за прошедшую неделю его перепечатали практически все крупнейшие СМИ США. Но в России о нём никто (до меня) так и не услышал.

Как и о том факте, что за последние несколько месяцев из Нью-Йорка уехало свыше 420 тысяч человек (часть на время пандемии, а часть и навсегда, и процент последних продолжает расти).

Поехали.

Я люблю Нью-Йорк. Когда я впервые приехал в этот город, это была мечта, которая сбылась. Каждый уголок был переполнен творчеством. Так много персоналий, так много историй.

Каждая субкультура, которую я любил, была в Нью-Йорке. Я могу сутками играть в шахматы. Я мог ходить в комедийные клубы. Я мог начать любой вид бизнеса. Я мог общаться с людьми. У меня была семья, друзья, возможности. Что бы ни происходило со мной, Нью-Йорк был страховочной сетью, которая подхватывала меня и пружинила обратно вверх.

Но теперь он мёртв. Окончательно. «Но Нью-Йорк всегда поднимается». Нет. Не в этот раз. «Но Нью-Йорк это центр финансовой вселенной. Возможности будут снова бурлить здесь». Не в этот раз. «Нью-Йорк переживал и худшее». Нет, не переживал.

Группа в Facebook с названием «В неизвестность» (Into The Unknown), созданная для людей, которые планируют переезжать и хотят это обсудить с другими, за пару недель набрала больше десяти тысяч участников.

Каждый день я вижу больше и больше постов «Я жил в Нью-Йорке всю жизнь, но пришла пора попрощаться». Я скриншотю их для своих заметок.

Три самые важные причины жить в Нью-Йорке: деловые возможности, культура и еда. Коммерческая недвижимость и учебные заведения также считаются.

И, конечно, друзья. Но даже если одна десятая из сказанного ниже оправдается, то больше не будет возможностей заводить друзей.

Бизнес

Средний Манхэттен, центр деловой активности Нью-Йорке, пустует. Даже если люди уже могут вернуться на работу, знаменитые офисные здания типа небоскрёба «Time Life» по-прежнему на 90% пусты. Бизнес осознал, что им не нужны их сотрудники в офисе.

По факту, он осознал, что без необходимости сидеть в офисе люди даже более продуктивны (Да! Я много лет доказываю это всемподряд – прим. Роджерса). Здание Time Life может вмещать 8.000 работников. Сейчас в нём около 500 сотрудников.

Я сказал об этом своему другу, что «Мидтаун можно называть «Город-призрак».

Он ответил «Ты о чём? Я сейчас в своём офисе».

«И что ты делаешь там?», спросил я.

«Собираю вещи», ответил он и засмеялся. «Я закрываю офис».

Другой мой друг работает в крупном инвестиционном банке управляющим директором. До пандемии он каждый день ходил в офис, иногда с 6 утра до 10 вечера. Теперь он живёт в Фениксе, Аризона. «С июня», заявил он мне. «До этого я никогда не был в Фениксе». И теперь все переговоры он проводит через Zoom.

Я также разговаривал с книжным редактором, который не был в городе с марта. «Мы прекрасно работаем. И я не уверен, что нам стоит возвращаться в офис».

Ещё один мой приятель, Дерек Халперн, был уверен, что останется в городе. На днях он написал пост в Facebook, что готов передумать. Он написал:

«На прошлой неделе я видел бездомного, который потерял рассудок и начал атаковать случайных пешеходов. Плевался в них, кидал различные предметы и размахивал кулаками. Я видел несколько одиноких родителей с ребёнком, просящих деньги на еду. И если им давали еду, они бросали эту еду обратно в подающих. Я видел человека, который кричал расистские слоганы, имитируя нападение на людей и останавливавшегося лишь в последний момент. И хуже. Я живу в Нью-Йорке больше десяти лет. Безусловно становится гораздо хуже, и этому не видно конца. Мой любимый парк Мэдисон. Месяц назад 19-летняя девушка была застрелена через дорогу.

И теперь я думаю о переезде. И я не единственный, кто там думает. Аренда в моём доме уже упала на 30% – но люди продолжают уезжать. Пока я ещё не прощаюсь. Но уже думаю об этом».

Я выбрал этот пост, но мог бы показать множество подобных.

Некоторые говорят «Нью-Йорк проходил и через худшее» или «Нью-Йорк всегда возвращается».

Нет и нет.

Во-первых, когда это было хуже?

Даже в семидесятых и восьмидесятых, когда город был банкротом, и даже когда его называли преступной столицей США, он всё равно был центром делового мира (читайте: это было место, куда молодые люди ехали за возможностями и достатком). Он был культурно на вершине своей игры – дом для артистов, театров, медиа, рекламы, печати. И, возможно, это была столица США по еде.

Нью-Йорк никогда не переживал локдаун длиной в пять месяцев. Ни во время эпидемий, войн, финансовых кризисов – никогда. Когда была эпидемия полиомиелита, когда маленькие дети (включая мою мать) были парализованы или умирали (у матери парализовало ногу), Нью-Йорк не проходил через такое.

Это уже не разговор о том, что нужно или не нужно делать. Эта часть закончилась. Теперь нам пора жить с этим.

В начале марта многие (не я) уехали из Нью-Йорке, надеясь, что это даст им защиту от вируса. В том числе и потому, что им больше не нужно было ходить на работу в рестораны, которые закрылись. Люди думали «Я уеду на месяц или два, а потом вернусь».

Их до сих пор нет.

Затем в июне, во время мятежей, погромов и мародёрства, вторая волна жителей Нью-Йорка (в этот раз и я) уехала. У меня есть дети. Ничего не имею против протестов, но я сильно нервничал, когда смотрел видео, как уже после объявления комендантского часа пытались забраться в мой дом.

Многие уехали на время, но многие уехали и навсегда. Мои друзья уехали в Нэшвилл, Маями, Остин, Денвер, Солт-Лейк-Сити и так далее.

Теперь уезжает третья волна жителей. Но они уже, возможно, опоздали. Цены упали на 30-50% – и на аренду, и на продажу недвижимости. Зато аренда выросла в других городах – тех, куда бегут нью-йоркцы.

Я временно, а может и на постоянно в Южной Флориде. И мы искали подходящую недвижимость. Выбрали три дома, которые нам понравились, вызвали риэлтора.

Дом номер раз. Сегодня утром арендовали за цену, на 50% выше, чем написано.

Дом номер два. Также уже арендован – и тоже жителям Нью-Йорка («Они приехали из НЙ три часа назад, увидели место, заключили договор и сразу уехали за вещами»).

Дом номер три. «Доступен».

«Берём!». Не глядя. Увидели мы его уже только после того, как въехали с вещами.

«Это же временно, правда?», утешал я жену. Но… Я не знаю.

Мне начинает нравиться жара. Когда солнце за тучами. И когда я в помещении с кондиционером.

Итого: Бизнес всё больше работает на удалёнке, и не собирается возвращаться в офисы. И это спираль смерти – чем дольше офисы пустуют, тем дольше они и будут пустовать.

В 2005 году менеджер хедж-фонда посетил мой офис и сказал «На Манхэттене ты практически идёшь сквозь возможности по улице».

Теперь улицы пусты.

Культура

Я являюсь совладельцем комедийного клуба «Standup NY», на углу Западной 78-й и Бродвея. Я очень этим горжусь и благодарен своим партнёрам, Дэни Золдану и Гейбу Валдману, и нашему менеджеру Джону Боремайо. Это прекрасный клуб. Он действует с 1986 года, а до этого там был театр.

*В этом месте длинное перечисление, кто бывал в этом клубе и подобный плач, это никому не интересно (лично я никого из перечисленных и не знаю)*

Я люблю этот клуб. Мне не хватает его.

У нас было шоу в мае. Шоу на улице. Все на социальной дистанции. Но нас закрыла полиция. Думаю, что мы слишком распространяли юмор в слишком серьёзное время.

Теперь мы не знаем, когда нас откроют. Никто не знает. И чем дольше мы закрыты, тем меньше шансов, что мы откроемся снова.

Бродвей закрыт как минимум до осени. Линкольн-центр закрыт. Все музеи закрыты.

Забудьте о десятках тысяч рабочих мест, потерянных в этих культурных центрах. Забудьте о миллионах долларов от туристов, потерянных от закрытия этих центров.

Тысячи исполнителей, продюсеров, артистов – и вся экосистема искусства, театра, продакшена – всё окружение этих культурных центров. Люди, которые всю жизнь трудились в поте лица ради права хоть раз выступить на Бродвее – все эти жизни и карьеры «поставлены на ожидание».

Я понимаю, это пандемия.

Но вопрос таков: Что будет дальше? Неизвестность (никто не знает ответа). И это плохо для Нью-Йорка.

Сейчас Бродвей закрыт «как минимум до начала 2021 года», и дальше, скорее всего, будет серия переносов даты открытия.

А будет ли это открытие? Мы не знаем. А если залы будут наполнены лишь на 25%? Бродвейские шоу не выживут при таких раскладах! И могут ли исполнители, авторы, продюсеры, инвесторы, арендодатели и все прочие ждать год?

То же самое касается и музеев, Линкольн-центра и тысяч других культурных причин, по которым миллионы людей ежегодно посещали Нью-Йорк.

Еда

Будки с хот-догами снаружи Линкольн-центра? Их больше нет.

Мой любимый ресторан закрыт. Ладно, пойдём во второй любимый ресторан. Закрыт. В третий – закрыт.

Я думал, что программа поддержки зарплат, Paycheck Protection Program (PPP), должна помочь? Нет. Что насчёт чрезвычайной помощи (emergency relief)? Нет. Стимулирущие чеки? Нет. Безработица? Нет и нет.

Ладно, что насчёт моего четвёртого любимого ресторана, или хотя бы того места, откуда мы всегда заказывали доставку? Нет и нет.

В конце мая я ходил на длинные пешие прогулки и видел, как много мест заколочено. Ладно, я думал, это чтобы протестующие и мародёры не испортили, рестораны защищают себя. Всё будет OK. Подойдя ближе, я видел вывески. Для продажи. Для аренды. Для чего угодно.

До пандемии средний ресторан имел налички на примерно 16 дней. У некоторых (типа McDonald’s) чуть больше, у некоторых меньше.

«Yelp» (веб-сайт для поиска на местном рынке услуг, например ресторанов или парикмахерских, с возможностью добавлять и просматривать рейтинги и обзоры этих услуг) считает, что около 60% ресторанов в США закрылись.

Я считаю, что в Нью-Йорке закрылось существенно больше, но кто знает.

Кто-то сказал мне «Люди захотят войти в этот бизнес сейчас, открыв собственные рестораны! Потому что меньше конкуренции».

Я думаю, они не понимают, как ресторан работает.

Ресторанам нужны другие рестораны поблизости. Поэтому целая улица на Манхэттене (Западная 46-я улица между Восьмой и Девятой) называется «Restaurant Row». Там только рестораны. Именно поэтому другая улица называется «Маленькая Индия», а третья «Корея-таун».

Рестораны работают в кластерах (как фуд-корты). И когда люди говорят «Пойдём поедим», то зачастую они не знают, куда именно хотят, и идут туда, где много ресторанов. А если они не уверены, что найдут нужный, то чаще остаются дома. Рестораны размножаются ресторанами.

Плюс, что случилось с теми работниками, которые работали во всех этих ресторанах? Они уехали. Они покинули Нью-Йорк. Куда они уехали? Я знаю кучу народу, который переехал в Мейн, Вермонт, Теннеси, Индиану и так далее – обратно к родителям, или к друзьям, или просто туда, где жизнь дешевле. Они уехали, и многие уехали навсегда.

И тут чувак просыпается и говорит «Я хочу устроить пиццерию в месте, где недавно закрылись 100.000 пиццерий». Нет уж, люди будут ждать и смотреть. Они хотят быть уверены, что вирус исчез, или что есть вакцина, или что появилась новая прибыльная бизнес-модель.

Коммерческая недвижимость

Если владельцы домов и земли потеряют свои основные источники дохода – магазины на нижнем этаже, офисы на средних этажах и квартиры на верхних – они уйдут из бизнеса.

И что случится, когда они уйдут из бизнеса?

Ничего, если честно. И это плохая новость.

Люди, которые могли бы арендовать или купить, будут думать «Хмм, все говорят, что Нью-Йорк переживает кризис, так что если даже цены на 50% ниже, чем год назад, стоит ещё подождать. Лучше перестраховаться, чем жалеть (Better safe than sorry)».

И когда все ждут… цены идут вниз. Люди видят падение цен и думают «Хорошо, что я подождал. Не стоит ли подождать ещё?». И они ждут, и цены падают ещё.

Это называется дефляционная спираль.

Люди ждут. Цены падают. Никто на самом деле не выигрывает (тут он лукавит – прим. Роджерса). Потому что владельцы разоряются. Меньше денег идёт в городской бюджет. Никто не въезжает, так что нет движения на рынках. И люди, которые уже в данной местности, которые могут себе позволить ждать, вынуждены ждать всё дольше – возвращения ресторанов, служб и так далее – чем они планировали.

Итак, когда цены упадут достаточно низко, будут ли все покупать?

Ответ: Возможно. Возможно и нет. Кто-то может себе позволить ждать, но не может продать. И они ждут. Другие разоряются, и начинаются распродажи и судебные тяжбы, создающие другие проблемы для недвижимости в этом районе. И крупные заёмщики и арендаторы могут нуждаться в выкупах определённого рода или столкнуться с массовым банкротством.

Кто знает, что будет?

Колледжи

В Нью-Йорке около 600.000 студентов колледжей.

Им нужно дистанционное обучение? Им нужны кампусы? Оказывается, и то, и другое. Одни колледжи ждут семестр, чтобы решить, другие пополам, третьи на выбор.

Но мы знаем, что в этом есть неуверенность, и есть гибрид. Я не знаю, смогут ли какие-то колледжи полностью вернуться к прежней форме работы.

Кто-то может сказать «Всё нормально, через семестр или два всё наладится».

Не так быстро. Скажем 100.000 из 600.000 не вернутся в школу и решат не арендовать апартаменты в Нью-Йорке. И большое количество апартаментов будет пустовать.

Куча землевладельцев не сможет оплачивать свои счета. Многие приобрели эти студенческие апартаменты как способ обеспечить себе проживание. И теперь ситуация бьёт по землевладельцам, по службам поддержки, по банкам, по профессуре и так далее.

Другими словами, мы не знаем. Но прежде чем станет лучше, точно будет гораздо хуже.

OK, OK, но Нью-Йорк всегда возвращается…

Да, это так. Я жил в трёх кварталах от нулевой точки во время 9/11. Даунтаун, где я жил, был разрушен. Но я вернулся через два года. Такая тяжесть и трагедия, но вскоре этот район стал наиболее привлекательным местом в Нью-Йорке.

И в 2008-09, когда было так много страданий во время Великой Рецессии, и опять куча трудностей, но дела вернулись в норму.

Но в этот раз всё иначе. Никогда не стоит так говорить, но в этот раз это правда.

Если вы верите, что в этот раз будет как обычно – я надеюсь, что вы правы.

Я не получу прибыли от того, что говорю всё это. Я люблю Нью-Йорк. Я родился здесь. Я люблю всё связанное с Нью-Йорком. Я хочу мой 2019 год назад.

Но в этот раз всё иначе.

Одна причина: пропускная способность.

В 2008 году средняя скорость интернета была 3 мегабита в секунду. Этого явно не достаточно для конференции в Zoom с приемлемым качеством видео.

Теперь  это более 20 мегабит в секунду (у меня сейчас около 94 мбит/сек, и это далеко не самый быстрый интернет в Москве, они там в США отсталые – прим. Роджерса). Этого более чем достаточно для высококачественного видео.

Есть «до» и «после». До: нет дистанционной работы. После: все могут работать дистанционно (на самом деле далеко не все, но ладно – прим. Роджерса).

Разница: интернет стал быстрее. И это, базово, конец. Люди покидают Нью-Йорк и полностью уходят в виртуальные миры. Здание Time-Life больше не нужно, и больше не заполнится. Уолл-Стрит теперь может быть в любом месте и везде одновременно, а не в одном здании на Манхэттене.

Можно начинать новую эру. AB: After Bandwidth. Официально. А всю историю Нью-Йорка (и мира) до сих пор – BB: Before Bandwidth.

Удалённое обучение, удалённые встречи, удалённые офисы, удалённые представления, удалённое всё.

Вот что изменилось.

Все потратили прошедшие пять месяцев, адаптируясь к новому стилю жизни. Никто не хочет лететь через всю страну на двухчасовую встречу, когда вы можете сделать это в одном из мессенджеров. Я могу смотреть «живую комедию» (live comedy) через интернет. Я могу собрать классы из лучших учителей в мире почти за бесплатно онлайн, а не платить $70,000 за год обучения у ограниченного количества учителей, которые могут быть хорошими, а могут и не быть.

Теперь у всех появились новые выборы. Вы можете жить в музыкальной столице в Нэшвилле, вы можете жить в «следующей Кремниевой Долине» в Остине. Вы можете жить в своём родном городе посредине чего угодно. И вы можете быть так же продуктивны, зарабатывать столько же денег, иметь лучшее качество жизни за более низкую цену.

И что заставит вас возвратиться в Нью-Йорк?

Там не будет деловых возможностей ещё годы.

Бизнес перемещается. Люди перемещаются. Для бизнеса дешевле функционировать дистанционно – и скорость интернета только растёт (а 5g у американцев нет, и ещё долго не будет – простите, не сдержался).

И люди будут спрашивать «Подожди, я плачу более 16% налогов городу и штату, а есть места в других штатах и городах, где эти налоги близки к нулю? И мне не нужно будет иметь дела со всеми головными болями Нью-Йорка (а в НЙ много головных болей)?

Бюджет Нью-Йорка имеет дефицит в 9 миллиардов долларов (уже существенно больше – прим. Роджерса). На миллиард больше, чем мэр надеялся. Как город будет выплачивать свои долги? Основной способ – это помощь со стороны штата. Но дефицит бюджета штата только что взлетел до небес. Другой способ – налоги. Но по самым скромным подсчётам Нью-Йорк потерял за эти месяцы 900.000 рабочих мест. А это означает, что меньше прибыли с меньших оборотов. Или поднятие налогов.

Значительная часть городских доходов идёт с налогов, которые серьёзно давят на людей, вынуждая переезжать в другие места

Другой способ пополнить бюджет – это сбор с туннелей и мостов. Но по ним ездит всё меньше людей. Как насчёт городских колледжей? Всё меньше людей в них учатся. Как насчёт налогов с собственности? Там всё больше дефолтов.

Так зачем возвращаться в Нью-Йорк?

Мне нравится моя жизнь в Нью-Йорке. У меня повсюду друзья. Люди, которых я знаю десятилетиями. Я могу перейти через улицу и зайти в свой клуб. Послушать там комиков или выступить самому. Я могу поехать на Uber и встретиться с кем угодно, или пойти играть в настольный теннис, или пойти в кино, или пойти записать подкаст – и люди, путешествующие через НЙ, могут прийти на мой подкаст.

Я могу пойти ночью в свой любимый ресторан и посмотреть своё любимое представление. Я могу пойти в парк и поиграть в шахматы. Я могу воспользоваться всеми преимуществами, которые этот чудесный город может предложить.

Нет, больше не могу.

P.S. Послесловие от переводчика. То, что куча всего закрылась – это суровая реальность США (о которой мы уже много писали). То, что открываются новые возможности – это «чем сердце успокоится», самоутешение автора.

Я перевёл шесть страниц текста, и мне теперь хочется пойти погулять, а заодно зайти на фуд-корт и поесть там какой-то восточной кухни. В отличие от Нью-Йорка, в Москве ничего не разорилось и всё снова работает.

И да, я могу это сделать.

Спасибо таким ненавистным для разных идиотов Собянину, Мишустину и Путину.

Александр Роджерс

Новости